Прогулки с Гоголем

Camminando con Gogol

Назад

ДАНИЕЛА ДИ СОРА. БЫТЬ ПРЕДАННЫМ СВОЕМУ ДЕЛУ. Беседовал Александр Сергиевский

Два года назад исполнилось 15 лет со дня основания римского книжного издательства «Воланд» («Voland»). Принадлежит оно к тому многочисленному в Италии разряду мелко-средних издательских предприятий, которые обеспечивают читательский рынок самыми разнообразными (пусть и малотиражными) книжными проектами, почти всегда выступая в качестве своего рода «впередсмотрящих» в море предложений и спроса. Как правило, тиражи подобных издателей невелики, количественные показатели выпускаемой продукции не сравнимы с мощностями крупных книгоиздательств, и «Воланд» тут, естественно, не исключение: ежегодно выпускает порядка двух десятков наименований книг, а в целом в его каталоге на сегодняшний день насчитывается немногим больше 200 книжных названий. Возникло оно во времена того повышенного интереса издателей во многих странах мира, который последовал за знаменитой «перестройкой» в СССР, ориентированного, главным образом, на литературу стран Восточной Европы, в первую очередь, на русскую (недаром начинало новоиспеченное издательство с «бестселлеров» Льва Толстого, Гоголя, Станева).              

Вместе с тем «Воланд» — один из самых элитарных книгоиздателей в Риме (по отбору высокохудожественной литературы разнообразных жанров), репутация которого на национальном книжно-издательском рынке также находится на должной высоте, о чем свидетельствует многолетняя история его присутствия на Туринском книжном салоне и Римской книжной ярмарке малых и средних издательств.
С главным редактором «Воланда», славистом Даниелой ди Сора я знаком уже два десятилетия, еще с тех времен, когда она только замысливала свой собственный издательский проект, преподавала в Пизанском университете и занималась литературным переводом, главным образом, с русского (так, именно в ее «исполнении» в 80-х годах итальянские читатели познакомились с прозой Владимира Маканина). Когда же проект «Воланд» несколько лет спустя был успешно реализован, и мы стали встречаться чаще, я почувствовал, что мог бы оказать издательству определенные «услуги», и для начала представил Даниеле своего старинного приятеля, московского прозаика Владимира Шарова, вместе с его романом «До и во время», вышедшим в Москве. Даниела подписала с Шаровым контракт, и в 1996 г. книга в числе первых произведений текущей русской литературы пополнила каталог издательства, а наше сотрудничество в аналогичном направлении продолжилось и впредь.

В связи с чем и когда у тебя возникла мысль организовать издательство такого направления? И почему именно «Воланд»? Оно отражает повышенное внимание или даже любовь его создателей к творчеству Булгакова? К конкретному роману или персонажу? (Вспоминаю в этой связи, что именно в середине 90-х ты курировала подготовку, состав и публикацию небольшого, но прекрасно оформленного и содержательного фотоальбома, посвященного «булгаковской Москве», с краткими комментариями и авторскими цитатами. Подобных изданий в России в то время еще не существовало. Где, кстати, он вышел? Уже в «Воланде»?).
«Воланд» возник по очень простой причине: я с детства любила читать книги. В 17 лет я впервые прочла «Преступление и наказание» Достоевского, следствием чего стало мое поступление на русское отделение римского университета «Ла Сапиенца». Затем я шесть лет проработала в Москве, потом в Болгарии. Переводила с русского и болгарского. В начале 90-х уже здесь, в Риме, сотрудничала с несколькими издательствами, в которых переводили русскую литературу, в том числе с «Бомпьяни», «E/O» и «Библиотека дель Вашелло» (где курировала отдел славянских литератур и где, кстати, был опубликован этот альбом, посвященный булгаковской Москве, а также дневники писателя). Именно в тот период, где-то в 1994 году, я и решила создать свое издательство (сегодня у меня 80% его капитала), чтобы самой издавать книги столь любимых мной русских и болгарских писателей, ведь параллельно я много лет преподавала русскую и болгарскую литературу в Пизанском университете.
Первоначально я думала назвать его «Инония» — я училась у Анджело Мария Рипеллино, и моя дипломная работа была посвящена творчеству Есенина — но по зрелом размышлении отказалась от этой идеи: надо было найти что-то более знакомое и близкое итальянским читателям, нечто, задевающее за живое, вызывающее немедленную реакцию. «Дьявольский» персонаж Булгакова, на мой взгляд, наилучшим образом подходил для этой цели. К тому же «Мастер и Маргарита» уже тогда являлся одним из наиболее известных и издаваемых (в том числе, и по количеству переводов) произведений русской литературы в Италии.

Каковы в настоящий момент основные задачи и направления деятельности издательства? Чем отличается сегодня «ассортимент» выпускаемой вами книжной продукции от набора 90-х годов ХХ века?
В настоящее время экономический кризис сугубо отрицательно сказывается на издательской деятельности. Читатели стали куда менее «любознательны», менее склонны приобретать книги новых, незнакомых им авторов, предпочитая им признанных писателей с устоявшейся репутацией либо тех авторов, с творчеством которых они знакомы не понаслышке. Одновременно растет спрос на литературу нехудожественных жанров. В 90-ые годы можно было идти на риск, больше и шире экспериментировать, ставить на новые имена, печатать малоизвестных авторов, открывать целые литературы. Кроме того, сейчас на первые позиции выдвинулись такие направления, как детектив и то, что по-русски называется «чернухой». И главное, сейчас почти всё решает маркетинг, особенно в Интернете. Публиковать и продавать серьезную литературу становится всё труднее и труднее.

Какое место в деятельности издательства занимает переводная литература? С каких языков (кроме русского и славянских) переводит и издает «Воланд»? И какова доля русской литературы в ряду переводов с других языков? Как соотносится в ней классика и современная проза?
В «Воланде» мы переводим с французского, испанского, португальского (и бразильского), с немецкого. Только что перевели отличный роман греческой писательницы Соти Триантафиллу «Китайские коробочки», книгу «Как воздух» писательницы из сербской автономной области Воеводина Мелинды Надж Абоньи, пишущей на немецком. Одним словом, ищем «качественных» авторов, а обнаружив его (или ее) и выбрав конкретное произведение, подыскиваем подходящего переводчика. В каталоге ежегодно появляется 22–24 новых названия.
С русского ежегодно переводим от двух до четырех книг. Часто к ним добавляется автор, представляющий какую-либо из других славянских литератур. Так, в текущем году опубликовали польского фантаста Яцека Дукая.
Произведения классиков русской литературы последнее время выходят в отдельной серии, которая называется «Сирин Классика» и включает в себя книги в переводах современных итальянских писателей. К настоящему времени вышли Толстой, Чехов, Гоголь, Тургенев, Горький, Цветаева, Достоевский, на подходе произведения Булгакова, Бабеля и Замятина. Всего десять авторов. А перевели их Паоло Нори, Серена Витале, Пиа Пера, Чезаре Г. де Микелис, Алессандро Ниеро и Даниеле Моранте.
Серия эта появилась в 2011-м, в год пятнадцатилетнего юбилея издательства. Для нее художник Альберто Лекальдано видоизменил наш логотип, а молодой график Лучано Перонди создал новый типографский шрифт (как и само издательство, он называется «Voland»).

Насколько мне известно, ситуация на книжно-издательском рынке Италии в последние годы претерпевает значительные изменения. Издатели потеряли вкус и желание открывать новые имена и произведения текущей русской литературы, хотя продолжают появляться переводы книг классиков литературы ХIХ-ХХ вв. И всё же, наверное, есть исключения? Насколько вообще успешно издается сегодня в Италии русская литература (классическая и современная)? Кто из современных российских авторов пользуется спросом у итальянских издателей и читателей? И каков на этом фоне выбор «Воланда»? Назови, пожалуйста, самые успешные, на твой взгляд, русские книги в списке «Воланда»?
Действительно, по разным причинам сейчас трудно зарабатывать на издании русских писателей. Одно из объяснений заключается в том, что крупные издательские дома предпочитают печатать, в первую очередь, бестселлеры и не склонны (особенно при текущей экономической ситуации) рисковать, вкладывая средства в издание и рекламу книг молодых, пусть даже и талантливых, авторов. Исключения, конечно, есть, но касаются они писателей с уже устоявшейся репутацией, чьи произведения успели полюбиться итальянскому читателю. Так, если вести речь о современной русской литературе, то можно назвать такие имена, как Улицкая или Акунин. Но и тут бывают определенные «проколы». Например, когда издательство «Пьемме» несколько лет назад начало активно переводить и издавать детективные романы Александры Марининой, оказалось, что ее криминальные истории блекнут на фоне книг таких классиков аналогичного жанра, как Жорж Сименон или Рекс Стаут, чьи произведения сформировали вкус у наших любителей подобной литературы. Так что проект не получил дальнейшего развития.
И всё же существует целый ряд небольших независимых издателей, проявляющих заметный интерес к современной русской литературе. Упомяну хотя бы «Минимумфакс», «Дзандонаи», «Ноттетемпо», «E/O». Интерес этот, впрочем, достаточно спорадический и не подкреплен выверенной издательской политикой в данном направлении. У «Воланда», напротив, с самого начала разрабатывается концепция подхода к изданиям книг того или иного типа, направления, жанра и т.п. К примеру, давно существует серия, в которой издается только переведенная со славянских языков художественная литература. На сегодняшний день серия насчитывает 44 названия. Причем это книги не только классиков, но и современных писателей из ареала стран славянского мира. Среди наиболее успешных имен русских писателей в этой серии назову лишь нескольких: Толстого, Гоголя, Тэффи, Газданова, Шарова, Шишкина, Прилепина.

Известно, что в 90-е годы «Воланд» постепенно расширил палитру своей издательской деятельности, выйдя за пределы перевода художественной литературы со славянских языков. Кто среди авторов из других зарубежных стран успешно издается в «Воланде»?
Самым издаваемым зарубежным автором у нас, без сомнения, является бельгийская писательница Амели Нотомб, одно из самых известных и востребованных имен на горизонте современной мировой литературы. Совсем недавно мы опубликовали уже двадцатую (! — А. С.) ее книгу «Убить отца». Верность писательницы нашему издательству (мы владеем правами на все ее книги в Италии) покрывает, так сказать, повышенные риски в коммерческом смысле: позволяет выбирать авторов (в первую очередь, малоизвестных в Италии) на наш собственный вкус и сохранять уверенность, что к концу финансового года удастся, по крайней мере, свести концы с концами.

Поскольку «Воланд» по определению издательство элитарное (в лучшем смысле этого слова), успех опубликованных в нем книг не может измеряться размерами тиражей. Тогда по каким критериям ты оцениваешь его работу?
Я считаю, что, несмотря на все трудности, необходимо и впредь переводить и издавать качественную литературу. Уверена, что нельзя ограничиваться изданиями только англоязычной литературы, хотя именно книги американских и английских авторов выходят в Италии самыми большими тиражами.

Кстати, о коммерческой стороне процесса: каковы в среднем тиражи издательства «Воланд»? Или так: какие тиражи ты бы назвала успешными?
Когда речь идет о произведениях современной литературы, то тиражи книг русских авторов колеблются в пределах полутора-двух тысяч экземпляров, если же говорить о классике, то приведу такие примеры: «Флорентийские ночи» Цветаевой мы издали тиражом пять тысяч, а тираж «Хаджи-Мурата» составил четыре с половиной тысячи экземпляров (это всё же Толстой).

Сколько человек входит в штат «Воланда»? Кто ваши переводчики? Постоянно ли вы с ними сотрудничаете? Кого бы ты могла особо отметить?
Формально штат издательства состоит из четырех человек: двух редакторов, пресс-секретаря и юриста. Художественным оформлением книг занимается дизайнерское агентство Альберто Лекальдано в составе двух сотрудников. Вот, собственно, и всё, что касается тех, кто работает на постоянной основе.
Теперь относительно переводчиков. Мы стараемся регулярно привлекать к работе специалистов в области художественного перевода, пользующихся высокой репутацией в своей области. Так, с русского для нас переводят, прежде всего, Эмануэла Бонакорси и Валентина Паризи (которая является также одним из ведущих переводчиков с немецкого и польского); с французского и английского много переводит для «Воланда» Даниеле Петручьоли, а с испанского — Бруно Арпая. Я перечислила только тех, с кем мы сотрудничаем наиболее регулярно.

Отмечались ли книги издательства какими-либо премиями (в том числе за перевод)?
Издательство «Воланд» в последние годы было дважды отмечено престижными премиями за качество художественного перевода: в 1999 году мы получили Премию Совета министров Италии, а год спустя — награду Министерства культуры «за издательский проект, сочетающий высокий литературный уровень и качество перевода». Кроме того, среди наших переводчиков лауреатами в 2008 году стали Моника Пезетти, отмеченная премией Института Гёте за перевод романа Даниэля Кельмана «Я и Камински», и Даниеле Петручьоли, получивший премию «Бьянчарди» за перевод книги «Письма» американского прозаика Марка Данна; премией «Россия – Италия. Сквозь века» за 2010 год был награжден перевод Роберто Ланци романа Дмитрия Пригова «Живите в Москве».

Какие книги вы издаете помимо художественной литературы?
В серии под названием «Окна» выходит публицистическая литература, эссеистика, а также путеводители и книги развлекательного характера. Кроме того, существует серия «Границы», в которой мы издаем путевые заметки известных писателей и литераторов.

В связи с чем и когда произошел поворот в сторону, как теперь выражаются, диверсификации вашей книжной продукции?
Поворот этот совершился вскоре после основания издательства, т.е. уже в 1997 году, когда я осознала, что по чисто финансовым соображениям не получится ограничить себя изданиями авторов из стран славянского мира.

В самое последнее время «Воланд», подобно нескольким крупнейшим издательствам Италии, создал отдельную серию, в которой выпускаются книги по сниженным ценам. Чем вызвано такое решение? По какому принципу вы отбираете туда книги?
Решение открыть подобную серию было принято опять-таки из чисто практических соображений: вследствие общего экономического кризиса у людей просто не хватает денег на покупку книг. Вот мы и начали переиздавать и продавать по сниженным ценам книги авторов, пользующихся повышенным спросом. Это те писатели, которые уже публиковались в «Воланде» и на книги которых мы владеем авторскими правами, поэтому они и обходятся нам дешевле.
Есть две таких серии: «Суперэкономия», в которой публикуются переводные произведения современных писателей (книги этой серии стоят от семи до девяти евро), и серия «Сирин Классика», в которой издается классическая литература в переводах итальянских писателей (книги продаются по единой цене десять евро). Обе серии оправдали наши ожидания и пользуются повышенным спросом у читателей.

Обратимся к общей ситуации в книжно-издательском бизнесе Италии. С какими трудностями сталкиваются сегодня малые и средние издательства? И у «Воланда» те же проблемы?
Согласно свежим статистическим данным за последние годы число читателей в нашей стране сократилось почти на 700 000 человек. Для Италии, где и так всегда читали далеко не все ее жители, это катастрофически большой урон. И дело тут не только в распространении книг на электронных носителях. В первую очередь причина кроется в значительном сокращении той части свободного времени, которую люди прежде уделяли чтению и которую сейчас они тратят на разного рода компьюторные и прочие электронные развлечения и игры. Сегодня подростки и молодежь прочно «привязаны» к айпадам и айфонам, свободное время заполняется обменом эсэмэсками, общением в сетях Фейсбук и Твиттер, так что чтению уделяется куда как меньше внимания, чем прежде.
Естественно, такое положение дел не может нас радовать. Ведь наша продукция — книги — посложнее и, не побоюсь этого слова, поважнее, чем словесное творчество в объеме, не превышающем 140 знаков, как в том же Твиттере.

И за счет чего такие издательства, в частности, «Воланд», выходят из положения и продолжают свою, не побоюсь этого выражения, благородную деятельность?
За счет верности и преданности своему делу в первую очередь. Я уверена, что высокохудожественная литература имеет полное право на существование, ее надо издавать, чем мы и занимаемся. Издатели вроде нас обладают определенными преимуществами перед крупными структурами на рынке: у нас гораздо более гибкая внутренняя структура и издательская политика в целом, мы открыты тому, что сегодня именуется инновациями; потом, мы чувствуем необходимость искать и находить новых авторов и, конечно, у нас есть возможность относиться к своей работе как к творчеству, а не только как к источнику прибыли, ведь издавать книги совсем не то, что продавать колбасу, пусть даже любимую всеми итальянцами мортаделлу.
Конечно, при этом необходимо всегда сбалансированно рассчитывать свои предпочтения, использовать Интернет и активно эксплуатировать его преимущества (например, сайт). Мы уделяем большое внимание графическому и художественному оформлению книг: недавно, вот, зарегистрировали свой собственный полиграфический шрифт. И еще. Издательство «Воланд» особо тщательно подходит к подбору переводчиков. Их имена обязательно выносятся на обложки книг.

Хотел бы спросить о современных русских писателях, издающихся в Италии. Я имею в виду только серьезную литературу, оставляя в стороне разговор об авторах книг массовых жанров, скажем, о Марининой или Акунине, произведения которых публикуются в Италии значительными тиражами. Так вот, в последние годы именно «Воланд» обратил особое внимание на творчество Михаила Шишкина (которого, между прочим, сюда когда-то привел твой покорный слуга). Вы издали три его первых книги, и до определенного момента являлись как бы держателями его собрания сочинений. Кто-нибудь еще претендует у тебя на подобную роль сейчас?
В последнее время мы уделяем особое внимание таким авторам, как Марина Палей и Захар Прилепин, писателям очень разным, книги которых отличает отменное качество.

Многие годы издательство является постоянным участником крупнейшей итальянской международной книжной ярмарке в Турине, где заключаются основные контракты на издание книг иностранных писателей в Италии. Кто из них попал в «Воланд» непосредственно с Туринского книжного салона и чьи книги ты, в свою очередь, презентовала там в последние годы?
В прошлом году, когда, как известно, отмечался перекрестный год российско-итальянской культуры (в связи с чем Россия была почетным гостем Салона–2011), мы представляли в Турине книги уже упомянутых Марины Палей, которая, к сожалению, не смогла присутствовать на презентации своего романа «Клеменс», и Захара Прилепина, а также Владислава Отрошенко. Кстати, если ты спросишь меня, какую из последних книг, выпущенных «Воландом» я бы в первую очередь порекомендовала нашим читателям (особенно тем, кто хочет лучше узнать современную Россию), то я бы назвала роман «Санькя» Прилепина, писателя, которого американский журнал «Ньюсуик» окрестил «русским Хэмингуэем».

Раз уж мы заговорили о книжных ярмарках, то в каких еще кроме Туринской участвует издательство?
Кроме Турина «Воланд» представляет свои книги на Празднике книги в Пизе и на Выставке-ярмарке независимых издательств в Риме. Это очень масштабные ежегодные мероприятия. Кроме того, все последние годы мы ездим на Чтения в городе Порденоне, куда приглашаем и наших авторов, а также в Мантую, где каждый год проходит аналогичная акция. Из международных книжных ярмарок «Воланд» представлен во Франкфурте, Париже и Лондоне.

Представляет ли «Воланд» свои книги на Московской международной книжной ярмарке? Есть ли у тебя такое намерение?
Возможно, поедем туда в этом году, но сложатся ли обстоятельства нужным образом, пока сказать трудно (Разговор с Даниелой ди Сора состоялся в июле 2012 года — прим. А. С.).

А сейчас, отвлекаясь от темы, я задам тебе вопрос как читателю: у тебя есть любимая книга?
Конечно. Но я не в состоянии выбрать между «Бесами» и «Тремя мушкетерами». И еще я очень люблю поэзию, хотя не имею возможности издавать ее.

Ну, и последний традиционный вопрос: планы «Воланда» на ближайшее будущее (в первую очередь, конечно, касательно русской литературы)? 
В этом сентябре в серии «Сирин Классика» выйдет сборник, в который войдут повести Булгакова «Дьяволиада» и «Похождения Чичикова» в переводе Андреа Тарабья; в октябре в той же серии выйдут «Одесские рассказы» Бабеля в переводе Бруно Озимо, а вслед за ними еще одна книга Захара Прилепина «Грех», которую перевела Николетта Марчалис.
Каталог будущего года откроется в январе «Воспоминаниями переводчика» Елены Ржевской (перевод Даниелы ди Сора), в феврале планируем издать «Кенгуру» Юза Алешковского в переводе Эмануэлы Бонакорси, а в марте — «Мы» Евгения Замятина (также в серии «Сирин Классика»), роман перевел Алессандро Ниеро; и наконец, в апреле в серии «Амазонки» готовим издание «Записных книжек» Марины Цветаевой в переводе Пины Наполитано.